— Извините, конечно, но мне как-то трудно понять: как ваша вера соотносится с «темой»? — Сыне, что касается веры, то мы все во что-то верим, обет же безбрачия я не нарушаю, так что всё в порядке. Поздно вечером Дмитрию Кузнецову в аське приходит запрос на авторизацию от пользователя с ником из случайного набора символов. Неизвестный называет себя отцом Романом и почти сразу задаёт всего один вопрос: «Вы — тот самый КДВ?». Он говорит, что вышел на порнодельца через ▇▇▇▇▇▇ (имя несовершеннолетнего. — Прим. ред.), он и дал номер. В начале мая 1998 года к дому Кузнецова подъезжают жигули, из них первым выходит мужчина лет сорока в фиолетовом пиджаке и чёрной рубашке с белым воротником. Кузнецов запомнит ещё на много лет его небольшую бородку и очки, за которыми скрывались «пронзительные, цепкие и жестокие глаза». Позже один из друзей КДВ назовёт отца Романа «священником с глазами убийцы». Следом за ним из машины выходит молодой человек. Он называет его адъютантом и своей правой рукой — это Евгений Рындя. Они идут в подъезд и ждут лифт, как вдруг священник говорит: «Хороший лифт — гроб войдёт». Улыбнувшись, он объясняет, что это связано с его профессией, и вообще, для него малогабаритные лифты — всегда серьёзная проблема. Уже в квартире за столом Кузнецов и отец Роман открыли бутылку и погрузились в прошлое. Настоящее имя «отца» — Михаил, а имя «отец Роман» он использовал, когда работа Русской кафолической церкви ещё не была легализована. После он стал епископом Мануилом. Под вино он рассказал, что родился в семье профессора-лингвиста Потёмкина, поэтому с детства ему легко давалось изучение иностранных языков. В юности он попал в колонию для несовершеннолетних, после того как силовики посадили банду, которая грабила поезда. Михаил был одним из тех парней, которые во время остановки состава отцепляли вагоны, а затем мародёрствовали внутри. Вышел он на свободу, когда ему исполнилось восемнадцать лет, но семья отказалась принимать его обратно. После колонии Михаил устроился разнорабочим на кладбище при церкви. Настоятель увидел трудолюбие подростка и рекомендовал его для поступления в Загорскую семинарию, откуда он начал свой путь. Михаила ещё несколько раз судили — за хулиганство, кражи и хранение оружия, но дела либо разваливались, либо его признавали невменяемым. Позже он меняет фамилию на Платов и следом церковь — Михаил примкнул к раскольнической Русской кафолической (катакомбной) церкви и выступал с Глебом Якуниным, одним из лидеров оппозиции. Речь заходит о верном оруженосце, с которым они вместе приехали к Дмитрию. Они познакомились, когда Женя беспризорничал, и Михаил решил его взять «под своё крыло». Далее, сломленный, тот беспрекословно следовал всем указаниям. Сутенёр Рындя искал других несовершеннолетних для своего нового друга-извращенца, сопровождал его на каждой встрече, они даже вместе жили. Они создали собственную банду: предлагали беспризорникам еду и кров, привозили в Мукомольный проезд и взамен за проявленную заботу преступники принуждали несовершеннолетних к сексуальным отношениям. Михаил был центром московского сообщества любителей ▇▇▇▇▇▇ (педофилов. — Прим. ред.). Он знал каждого по имени, в лицо, их увлечения и пристрастия. Дмитрий Кузнецов после разговора о прошлом показывает своё творчество — кассеты с ▇▇▇▇ (натуралистичное описание порнографии с несовершеннолетними. — Прим. ред.). Растлитель отец Роман узнаёт некоторых несовершеннолетних на кадрах, это воспитанники одного из его детских приютов, он содержит шесть таких учреждений по московскому региону. КДВ попросил священника помочь с авторами продукции, чтобы расширить рынок поставки материала. Но тот сказал, что у него есть предложение получше, его нужно обдумать и вернуться к этому разговору через пару месяцев. Его идея подразумевала использование несовершеннолетних из детских приютов. После своего первого ареста в 1999 году Дмитрий Кузнецов часто вспоминал своего друга-священника. Номер отца Романа КДВ потерял после того, как оперативники изъяли у него все девайсы. Но через общих знакомых связь удалось наладить, они вновь вместе поужинали, и Кузнецов поделился, что снова торгует порнографическими материалами. Отец Роман так воодушевился этим, что всё-таки рассказал Кузнецову о том самом предложении, которое они обсуждали ещё год назад. Станция метро «Улица 1905 года». Клуб «Хамелеон». В те годы он был одним из самых популярных среди гей-сообщества* столицы. В шесть часов вечера возле клуба встречаются Кузнецов и отец Роман. По иронии рядом с «Хамом» был домовой приход, куда священник-извращенец и вёл КДВ. Во дворах хрущёвок оказалась спрятана сама кафолическая церковь, в трёхкомнатной квартире одного из домов. По всему жилью чувствуется запах ладана и сожжённых свечей. В центре одной из комнат отец Роман накрыл стол с угощениями. На парче аккуратно разложены фрукты, стоит торт и ещё не откупоренная бутылка красного вина. Кузнецов рассказал, как работает его бизнес сейчас: он вернул своё имя и продаёт уже свежие материалы, которые делают под него на заказ. Отец Роман предлагает Кузнецову расширить бизнес — устраивать секс-туры для иностранцев в Москву. Почти все воспитанники его приютов «в теме», поэтому он считает, что будет несложно снимать их на видео для продажи и параллельно «знакомить» с приезжими. — Представляешь, приезжает автобус с туристами, скажем, из Нидерландов. А у нас снят дом отдыха какой-нибудь, где отдыхают мои ребятишки на совершенно законных основаниях. Персонал мой — послушники. И так вот вместе и отдыхают ребята из моего приюта и зажравшиеся бюргеры. И, главное, всё внешне пристойно. Он предлагает рекламировать эти туры прямо в кассетах КДВ. Где-то в середине должен появляться ролик с седым полным мужчиной, который ▇▇▇▇▇▇ (натуралистичное описание действий с несовершеннолетним. — Прим. ред.), а потом текст «Кому хочется хорошо отдохнуть, свяжитесь со мной» и затем номер, почта самого КДВ. Кузнецов пообещал обдумать это предложение. Они ещё немного пообщались на отвлечённые темы, Дмитрий пожаловался на неважную упаковку его кассет. Он опасался, что вновь будет разоблачён правоохранителями. Растлитель отец Роман молча сходил в другую комнату и принёс коробку с восемью кассетами. Кузнецов сразу же попросил достать их побольше, чтобы можно было реализовать. Отец Роман пообещал что-то придумать. Это была последняя их встреча. Мануил Платов-Потёмкин был главой Русской кафолической церкви, в 2025 году он получил пятнадцать лет колонии за педофилию. Извращенец завлекал в молельные дома детей и там совершал насильственные действия сексуального характера в отношении них. Следователи задержали Мануила в 2023 году, обыски были проведены в домовом храме кафолической церкви в Москве и в молельном доме во Внукове. В 2003 году Мануил был осуждён со своим личным помощником Евгением Рындей на пятнадцать лет за аналогичное преступление. *Движение ЛГБТ признано в РФ экстремистским и запрещено.